– Старик, – не выдержал Ксенофонтов, – остановись. Присядь. Пусть выровняется твое дыхание, установится пульс… Не надо так стараться, усердие должно соответствовать разуму. Все равно начальство тебя ценит, к празднику, глядишь, подарит что-нибудь – значок, а то и грамоту… Расскажи мне лучше о своих гостях.

– Каких гостях?

– Ну, этих… Которых ты пригласил на нашу сегодняшнюю встречу.

– Это не встреча. Это очная ставка.

– Ну извини… Я по темноте и невежеству мог сказать и что-то глупое… Со мной это случается. Итак, кого мы ждем?

Зайцев с минуту сидел молча, смиряясь с легкомыслием Ксенофонтова, с его пренебрежением к тем порядкам, которым служил Зайцев.

– Придут пять человек. Все, кто были участниками той злополучной охоты.

– Кто остался жив после той злополучной охоты, – поправил Ксенофонтов.

– Что? А, да… Конечно. Придут только живые. – И опять не понравились Зайцеву слова Ксенофонтова. Но, поиграв желваками, он продолжил: – Что сказать… Каждому из них где-то около сорока лет, уважаемые люди, у всех семьи, квартиры, дачи, у некоторых машины…

– Любовницы?

– Этими данными следствие не располагает.

– Напрасно. Любовницы более влияют на судьбы людские, нежели жены. Особенно в таком возрасте. Но продолжай. Внимательно тебя слушаю.

– Кроме всего прочего, это и довольно состоятельные люди. Должности у них далеко не последние – начальник цеха, директор гастронома, работник исполкома… В этой папке подшиты характеристики с мест, где они работают… Хочешь почитать?

– Конечно, нет.

– И правильно. Отличные характеристики. Каждый тянет на орден. Всем уже назначили общественных защитников, соседи подписи собирают…

– Но один из них убийца. Что же его, бедного, так допекло?